Шрифт:
Закладка:
- [Кто бес-с-столковая? Я? Ес-с-сли бы не я, ты бы уже опарыш-шей в канаве кормил! Я только и делаю, что вс-с-сех спас-с-саю! Баллас-с-ст в этом теле только ты! Только тратиш-ш-шь мою энергию на право и налево!]
- [Если бы ты Кху, по пьяни не решил изнасиловать своего соплеменника у самого телепорта или биореактора… Как эта хрень у вас называется, забыл… Если бы не ты наркоман, грёбаный извращенец, я бы сидя на балконе пивко попивал и солнышку бы радовался!]
- [Что? Откуда ты знаеш-шь? Да как ты пос-с-смел рытьс-ся в моей памяти?!] — демон, мягко говоря, офигел от осведомлённости хозяина.
- [Ага, в эту игру можно играть вдвоём! Не болтай, лечи МОЁ тело и делай всё, что бы оно оставалось в целости и сохранности] — перебил его возмущения Захар. — [Если я умру, то перевоплощусь в другом теле, а тебе всё, кранты…]
- [Пф-ф, да кто такого мудака пус-с-стит в новое тело?]
- [Много ты знаешь о нашем мире? Авось род не прервется, у меня даже поляки в родословной есть, лет через сто, где ни будь в сытом Евросоюзе, родят меня в счастливой семье, и братик у меня будет младший, вот. А ты растворишься в небытие, растащат твою сущность мелкие паразиты сразу как только покинешь моё тело и всё.]
Орудие после длинной очереди вдруг вновь замолчало, Захар тут же на секунду высунулся из-за развалин стараясь оценить обстановку.
— Колун! Руку быстро! — раздался голос Веры за спиной.
Захар аж вздрогнул от неожиданности, она протянула ему ладонь, лицо её было встревожено. Еще бы! Когда находишься на линии огня у автоматической пушки, тут и взрослый мужик в штаны наложить может.
— Ты чего тут делаешь? Я же сказал…
— Не тупи! Руку!
Захар постарался не тупить и протянул руку, девка дернула что есть мочи и потащила его прочь. Он лишь успел заметить, как в другом направлении от них отдалялись два энергетических отпечатка, его и белое пятно Веры, а вокруг них подрагивала еле заметная пелена морока. Вот хитрожопая сучка! Сбила с толку противника! За спиной взревел двигатель БТРа, и машина рванула в след за удаляющимися обманками давая беглецам фору.
******************
Фокус светлого мага разгадали, когда Захар с Верой уже добрались до лодочной станции. Рокот моторов вновь приближался, скоро из-за поворота покажется броневик и расхерачит все лодки и их за одно.
Вера заскочила в сторожку, судя по кружке горячего чая и орущего на всю катушку телевизора, сторож слинял со своего поста совсем недавно, сразу как тольк услышал звуки грандиозного шухера. Каким-то интуитивным чутьем девушка почти сразу схватила нужные ключи. Выскочила на улицу к Захару, тот присев на колено спрятался за каменной клумбой и взял на прицел дорогу.
— Вот нашла! — она протянула Колуну связку.
— Молодец, иди отшвартовывай лодку, на веслах спускайся в низ по течению, через несколько километров запустишь двигатель! — Холодным голосом заявил Колун.
— В смысле? А ты? Ты мне нужен!
— Не ссы в трусы ссы в кусты! — он обернулся, то ли оскалился, то ли это такая нервная улыбка. — Я теперь плаваю лучше, чем олимпийцы!
Про олимпийцев он, конечно, соврал, энергии на хороший заплыв не осталось, только если он кого-нибудь убьёт и сумеет накормить демона. Захар вытащил из кармана навигатор.
— На! Думаю, с ним точно не заблудишься.
— Нет! Я тебя не оставлю! — девушка вцепилась ему в рукав, из глаз её текли слёзы — Ты истощен! Тебе нужна помощь!
— Да ептвоюмать! — Он развернул ствол автомата в её сторону. — Брысь отсюда дура!
Это подействовало, и Вера рванула к пристани. Сам же поднялся и пошёл навстречу по дороге, совершенно не скрываясь. Демон испуганно вопил, считая это неоправданным риском и пытаясь отстоять последние крохи энергии.
- [Сейчас делаешь меня самым метким стрелком на диком западе, думаю, сил хватит]
- [Транжи-ира!]
Вообще-то Замысел захара состоял в том, что бы повредить триплекс мехвода, но было слишком темно, а машина освещала себе путь прожектором и слепила стрелка, так что как только БТР вырулил из-за поворота, Захар всадил в осветительный прибор короткую очередь. Тот брызнул искрами, битым стеклом и погас. Захар же рванул в заросли у обочины. Он ломился, не разбирая пути, с громким треском ломая ветки, которые больно царапались, запинался о торчащие коряги и корни, падал, цеплялся за ветки и снова вставал и бежал.
Наконец позади послышались выстрелы, трассеры прочертили линии над головой, по спине побежали мурашки. В любой момент дурная пуля может лишить его жизни.
Вскоре деревья сменились высокой травой и под ногами захлюпало. Пробираться через мягкий рогоз было не сложно и скорость возросла. Где-то там впереди река, а на горизонте чернел остров, отделяющий от основного течения небольшую протоку. В детстве он бывал здесь, протока эта была совсем не глубокая и когда вода в реке опускалась, едва ли была по пояс. В это время года вода в реке не должна быть высокой, надо добраться до этого островка, спрятаться, отлежаться потом слинять вплавь…
Снова тьму над головой разрезали длинные линии трассеров. Потом чуть выше по течению, примерно в том месте, где на пляже бухал полковник начали зажигаться фары автомобилей освещая водную гладь протоки.
Чуть левее через кусты по следам Захара на свет ломился ослепший бронетранспортер, заняв позицию на берегу он вновь начал вращать башней в поисках цели.
Захар в это время был уже по пояс в воде, он старался, как мог нырять, всплывать в другом месте, но с каждой секундой огонь врага становился всё более метким, а вода всё более глубокой. Пули пронзали волны реки поднимая фонтанчики буквально в паре метров, Захара слепил свет фар, он видел, как на берегу мечутся тени стрелков.
Плечо больно обожгло, Захар потерял равновесие и занырнул, набирая воды в рот. Орудие БТРа с грохотом высадило длинную очередь, вода вокруг закипела вспарываемая огромными снарядами. В очередной раз пришлось нырять, но в этот момент ляжку пронзила дикая боль. Он барахтался захлёбывался, схватился за пылающую болью ногу, нащупал какие-то скользкие лохмотья, не сразу дошло, что это его собственное мясо. Ели как он перевернулся на спину, старался плыть, не потерять сознание. А выстрелы всё продолжались, течением его прибило к толстенному стволу. Это дерево так же принесло течением, оно зацепилось корневищем за крутой берег и теперь стало последним убежищем для неудачливого беглеца.
Обнять слишком толстый ствол