Онлайн
библиотека книг
Книги онлайн » Детективы » Лучше быть мертвым - Ли Чайлд

Шрифт:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 10 11 12 13 14 15 16 17 18 ... 82
Перейти на страницу:
Не было никаких шансов. Уезжать мне теперь одной. Просто хотелось в этом убедиться. Для меня это не было сюрпризом. Но все равно там, возле «Дерева», меня как обухом по голове хватило. Сама такого удара не ожидала. Несколько секунд я была на грани. Прости, что тебе пришлось такое увидеть. Больше не повторится. А теперь давай забудем об этом. Располагайся. Будь как дома.

Я мысленно прикинул время. Где-то одна минута четвертого. Я успел проголодаться. Завтракал очень давно. Встал рано, еще в Эль-Пасо. Ела ли что-нибудь в тот день Фентон, я не знал. Но денек у нее выдался горячий, адреналина сгорело много. И подкрепиться не помешает обоим. Я предложил что-нибудь заказать. Фентон не спорила. Сразу достала мобильник.

– Пицца тебя устроит? – спросила она.

Выдвинула из-под письменного стола стул и потыкала в телефон пальцем. Я сел на диван. Подождал, когда она закончит с заклинаниями по поводу пиццы.

– Ну что, как я здесь оказался, тебе уже известно. Теперь твоя очередь рассказывать.

Фентон помолчала, словно собиралась с мыслями.

– Думаю, все началось с сообщения, которое я получила от Майкла, – начала она. – Мы с ним, как большинство близняшек, всегда были близки, но в последнее время как-то потеряли друг с другом связь. Он сильно изменился. Особенно после армии. Думаю, это нужно объяснить. Он служил в ТСП. В подразделении технического сопровождения перевозок. В нем состоят специалисты по разминированию, а также применению химического оружия.

– Слышал про таких. Если подразделение очищает территорию и обнаруживает химические снаряды, они вызывают ТСП.

– Должны вызывать. Но так происходит не всегда. Пехотинцы не всегда знают, как выглядит химический артиллерийский снаряд. А в Ираке, не забудь, у противника таких снарядов нет. Официально. То есть они не маркированы, как тому следует быть. Или намеренно маркированы неправильно. Тем более что внешне они ничем не отличаются от обычных снарядов. В частности, сигнальных, потому что там тоже имеется отдельная полость для сигнального вещества – прекурсора[14]. И даже если парни знают, что в снаряде какая-то химия, они иногда пробуют обезвредить его сами. Просто не хотят ждать. При всем желании помощь ТСП придет не скоро. Часов через двенадцать, а то и через сутки. Это значит, что у врага есть до двадцати четырех часов для размещения снайперов и установки растяжек и мин-ловушек. А для нас это значит – еще двадцать четыре часа задержки в зачистке других территорий. За это время повстанцы могут сменить укрытия, выбрать позиции, откуда удобно атаковать, да и гражданское население подвергается опасности: кто угодно может наткнуться на растяжку, подорваться, получить ранение или даже погибнуть. Так что отряд Майкла частенько являлся на место, когда оно уже подверглось заражению. Так, например, было во время самого первого их выдвижения. Это было помещение с кирпичными стенами, располагалось под землей. Несколько пехотинцев буквально провалились в него. Сквозь потолок. В темноте стали ощупывать место, куда попали. А когда поняли, перепугались до смерти. Оказалось, что там хранятся снаряды. Очень давно и в очень плохом состоянии. И наверное, кто-то, сам того не зная, повредил какой-то из снарядов. А в нем содержался горчичный газ. Один из друзей Майкла подвергся его воздействию. Это было ужасно.

– Его удалось спасти?

– Чудом. Эвакуировали на вертолете. В госпитале, пока не проявились худшие симптомы, парня погрузили в искусственную кому. Это спасло его от страшных страданий. И вероятно, спасло ему жизнь.

– Майклу тоже досталось?

– На этот раз нет. Но потом он тоже попал в переделку. Понимаешь, когда люди из ТСП находят химические снаряды, они должны их утилизировать. Если на территории, где их нашли, живут люди, эти ребята должны увезти снаряды куда-нибудь подальше и только потом взорвать. А если заметят что-то необычное, снаряд полагается вскрыть и исследовать. Вот с Майклом такое и случилось. Он перевозил пару снарядов, которые эти умники решили отправить на Абердинский испытательный полигон. Они лежали у него в задней части «хаммера», когда он направлялся на стоянку «черных ястребов»[15]. И вот один снаряд дал утечку. Майклу стало плохо. Ему удалось вернуться на базу, но врачи не поверили, что он действительно отравился. Ожогов не было. Волдырей тоже. Руки-ноги на месте. Его обозвали симулянтом и стали лечить, как наркомана: зрачки, видите ли, были подозрительно суженные. Словом, вину взвалили не на бардак в армии, а на него. У Майкла начались судороги. Боль в грудной клетке. Его непрерывно рвало. Вышел из строя желудочно-кишечный тракт. В конце концов его послали в Германию. В тамошний госпиталь. Несколько недель в нем провалялся.

– Жесть!

– Вот именно. Словом, лечили его спустя рукава. И в результате кто стал козлом отпущения? Майкл. Да его друг, отравившийся горчичным газом, ну и еще куча других пострадавших – наша доблестная армия от них попросту отказалась. Ни один из них не был даже награжден. А знаешь почему? Во время активного применения яд не давал утечки, значит их раны в счет не идут, потому что получены не в результате действий противника. Выходит, вооруженные силы страны как бы говорят им: сами виноваты в том, что с вами случилось. И знаешь что? В воен- но-морских силах, в точно таких же обстоятельствах, их парни получают награды. А тут такая несправедливость. Майкл был просто раздавлен морально. Дождался конца контракта и свалил из армии. Несколько лет ничего не делал и, мне кажется, сорвался с катушек. Я постоянно пыталась с ним связаться, поговорить. А потом у меня самой начались проблемы. – Она похлопала по ноге. – Да и работы стало невпроворот.

– А что у тебя за профессия?

– Лаборант-технолог. Работала в одном местечке неподалеку от Хантсвилла, штат Алабама.

– В связи с этой работой тебя послали в Афганистан?

– Ну да, – кивнула она. – Я должна была контролировать сбор проб. Потом привозить сюда и делать анализы. Мой босс знал, что раньше я служила в армии. И был уверен, что со мной ничего страшного не случится. Какое-то время после этого случая работать я не могла. Операции. Физиотерапия, восстановление. А потом еще и депрессия. Зациклилась на себе. Никого не хотела видеть. Но вот пришло сообщение от Майкла, и это меня встряхнуло. Там было кое-что такое, от чего никак нельзя было отмахнуться.

– Что там было написано?

– «М – помоги! М». Написано от руки на обратной стороне меню одного заведения, «Пегая лошадь» называется. Кафе в этом городе.

– И ты бросила все и примчалась сюда?

– Да, бросила все. Но примчалась не сразу. Старые привычки не умирают. Сначала я провела небольшое расследование.

1 ... 10 11 12 13 14 15 16 17 18 ... 82
Перейти на страницу: